Уполномоченный провел «расследование» в Волховском ПНИ

13
В среду 17 июня состоялся рабочий визит Уполномоченного по правам человека в Ленинградской области Сергея Шабанова в Волховский психоневрологический интернат (ПНИ).

Поводом для поездки послужила жалоба, поступившая от сестры Т. – одного из проживающих в интернате. В письме излагалась информация о событиях 4 марта – у брата произошел конфликт с санитаркой и охранником, в результате которого к Т. была применена сила, не обусловленная крайней необходимостью. Он также рассказал сестре, что теплая куртка, приобретенная социальным работником интерната по его просьбе, была ему передана без чека и не имела ни товарных этикеток, ни отметок о производителе. Вскоре после получения куртки Т. обнаружил, что подкладка имеет дефекты, строчки на ней неровные, а среди внутренних швов имеется неаккуратный внешний. На воротнике быстро образовалась дырка, он оказался не полностью прошит, из-за чего Т. пришел к выводу – ему досталась вещь, бывшая в употреблении, или приобретенная не в торговой сети и неофициально.

Едва поздоровавшись с директором интерната Александром Косовым и заместителем председателя областного комитета по социальной защите населения Владимиром Максимовым, Уполномоченный сразу же направился к Т., который находился в карантинном отделении после возвращения из отпуска. Маленькая комната, три кровати, наглухо закрытое окно, Т. в пижаме и тапочках на босу ногу. На предложение рассказать, что же произошло 4 марта 2015 года, он откликнулся сразу и в мельчайших подробностях – «Меня побили. Санитарка помыла пол, а я тряхнул покрывало, чтобы поправить его, посыпались крошки, из-за чего санитарка начала меня оскорблять. Я ответил тем же, а она ударила меня по голове канистрой с водой, а потом набросилась и начала душить. Я оказал сопротивление, отпихивался и случайно порвал ей цепочку. На подмогу санитарке прибежал охранник, который держал меня за ноги. Потом под обоими глазами у меня были синяки». Далее Т. подробно рассказал про куртку и подтвердил слова, изложенные в письме сестры.

Расставшись с Т., Уполномоченный перешел в отделение, где всё и произошло. Л., сосед по комнате, детально описал то, свидетелем чего он стал три месяца назад, подробно указал, кто и где стоял, с чего все началось, в какой стороне кровати была голова Т., где находились его ноги, где был охранник, кто кого и как держал. Рассказ полностью совпал с тем, что четвертью часом ранее поведал Т. Трудно было предположить, что проживающие в ПНИ в закрытом режиме договаривались и наизусть учили свои рассказы, чтобы они совпали, если учесть, что оба никуда не жаловались и проверки или помощи не ждали. А дальше все прошли в кладовую, осмотрели куртку, здесь же состоялась беседа с социальным работником, которая эту вещь покупала. Уполномоченному показали и расписку, по которой куртку передали Т., после чего он снова направился в карантинное отделение. Т. куртку узнал и указал на все обнаруженные им дефекты.

Тут же Александр Косов открыл кабинет заместителя, в котором Сергей Шабанов составил разговор с глазу на глаз с остальными участниками драки – двумя санитарками и охранником. Они охотно отвечали на вопросы, признали факт конфликта и приложение некоторых усилий для его урегулирования, но категорически отрицали применение чрезмерной силы. Собственно, иного ожидать было трудно.

Да, живущие в интернате – контингент сложный, это понятно каждому. Работа у персонала учреждения специфическая, очень часто «на грани». Найти свидетелей и очевидцев среди недееспособных, ограниченно дееспособных, страдающих органическими заболеваниями людей – проблематично, а скорее, невозможно.

Затем состоялся обстоятельный и предметный разговор с директором ПНИ и заместителем председателя комитета по социальной защите, в котором обсудили дальнейшие действия. Круг виновных в конфликте лиц определен в результате «расследования» Уполномоченного, теперь задача руководителя интерната – провести внутреннюю служебную проверку для установления степени вины каждого и определения соответствующего содеянному наказания. Кроме того, необходимо разобраться, гласно и коллегиально – где, когда и по какой цене соцработник приобрела куртку, с привлечением Т. и выходом в ту торговую точку, в которой была куплена вещь. Александр Косов твердо пообещал незамедлительно принять меры.

Что касается общего впечатления об интернате, то он предстал местом, в котором пребывают несчастные люди, не способные жить самостоятельно. Их бросили родители, дети, братья, сестры – все, кроме государства в лице областного комитета по социальной защите населения, который проявляет и внимание, и возможную заботу, обеспечивая систематическое финансирование всего комплекса содержания, обслуживания и развития учреждения. Небольшой коллектив медицинского персонала и санитаров помогает людям жить, ежедневно обеспечивая надлежащий уход. В ПНИ пять отделений общей вместимостью 425 коек, свободных мест нет, очереди попасть в интернат ожидают 180 человек. Везде чисто, убрано, есть помещения для настольных игр и просмотра телепрограмм и фильмов, в комнатах исправная мебель, на окнах установлены новые стеклопакеты, у всех проживающих чистое постельное белье, вещи, полотенца. Уполномоченный проверил их обеспечение одеждой, обувью, мягким инвентарем и предметами личной гигиены – на складе все имеется в достаточном количестве и выдается сразу же по требованию. Даже Т., который недавно побывал в Дружносельской больнице, сказал – «здесь кормят и содержат гораздо лучше». Рядом с корпусами интерната находится хорошо оснащенная прачечная с мощным и современным оборудованием. Многие из содержащихся в учреждении работают на его территории – красят забор, подстригают кустарники, подметают дорожки, ухаживают за клумбами.

Сотрудники Волховского ПНИ делают свое дело искренне, во время проверки и разговора с Уполномоченным не жаловались. Лишь вскользь упомянули о двух проблемах – отсутствие второго врача психиатра (ставка есть, а специалиста не найти) и нехватка лекарств вследствие их резкого подорожания (в процессе проведения закупок цена меняется, заложенных денег уже не хватает, а по старой стоимости никто не продает).

И все же главной целью проверки интерната было не установить виновных в том, что произошло с Т., а вскрыть причины случившегося и не допустить их вновь. По итогам поездки Уполномоченный направил Александру Косову официальное требование в 10-дневный срок провести служебную проверку, наказать виновных и сообщить о принятых мерах.